25 февраля, 2015

Руслан Исмагилов: Идеи, ресурсы, власть, или Как спасти Орск

Руслан Исмагилов: Идеи, ресурсы, власть, или Как спасти Орск

Орск всегда занимал особое место на политической карте региона. Сегодня он − один из основных «поставщиков» новых политических контекстов и даже новых политиков. Еще недавно Руслан Исмагилов был известен как бизнесмен и общественник, а теперь представляется политиком и планирует стать депутатом Орского горсовета. В интервью «ОП» он рассказал о политической борьбе, стратегии Берга и о том, как спасти города восточного Оренбуржья

 − Что бы вы сказали Виктору Францу, будь у вас возможность обратиться к главе города напрямую?

 Наверное, мне нечего ему сказать, потому что мы люди разных формаций, и он просто меня не поймёт. Мы существуем в разных парадигмах и по-разному думаем. У нас разное понимание и того, в какой точке мы сейчас находимся, и как должен развиваться город. Я его не считаю ключевой фигурой на данном этапе, человеком, который может принимать решения, интересные мне. Поэтому что-то объяснять и говорить ему − просто потраченное время для меня.

− Но, как кандидату в депутаты, вам в любом случае предстоит, может и не лично, а заочно, выступать его критиком, выставлять оценки его работе. Либо «отстраиваться», либо поддерживать.

− Мы с ним разного времени люди, и нам не о чем говорить. Но самое главное – мне это неинтересно. Дай бог, человек отработает положенный ему срок, возможно, уйдёт на пенсию, пусть не сейчас, а ещё через пять лет. Что-то хорошее для города он, несомненно, сделал. Его многие с благодарностью вспоминали по первому сроку, когда у него была энергия, когда он был молод. Я считаю, что второй его срок был большой ошибкой. Он растерял тот политический вес, который имел среди орчан. Сейчас в его адрес звучит много негативного. Но на эту ошибку он пошёл осознанно, и в целом это результат его мироощущения, оно его к этому привело, и его карьера закончена. Пусть даже будет ещё один срок, который сфабрикуют, нарисуют или ещё что-то сделают с ним, положительной энергии городу он уже не даст.

− Вы сказали, что ваши взгляды и подходы отличаются от взглядов мэра. Каков тогда ваш – как политика и горожанина – взгляд на сегодняшнюю ситуацию в Орске? Что сегодня происходит в городе?

 В городе кризис, масштабный кризис, как и в любой глубинке, да и в стране в целом. И, прежде всего, это кризис системы управления. Система, как известно, сама себя реформировать не может. В период кризиса она должна привлекать реформатора извне. Сейчас существует какое-то нежелание этой системы идти к реформам, то есть она сознательно идёт к своему концу. И это происходит не только в Орске. Это все так называемые моногорода, средние города, та рабочая глубинка, которая когда-то давала региональный и национальный продукт. Изменилась мировая экономическая система, в которой российская глубина не смогла себя найти. Вернее, люди, обличенные властью, ничего не сделали, чтобы привнести новую парадигму существования в эти города. Я свой задачей именно для Орска ставлю дать новый виток развития.


Ты либо справа, либо слева. Либо ты идёшь с флагами и митингами, либо ты в «Единой России», и ждешь, когда же наступит тот момент, когда ты встанешь наверху пирамиды. Ни тот, ни другой подход мне не нравится


− У вас уже есть варианты того, куда следует двигаться?

− У россиян ещё со времён Советского Союза остался – а может, это вообще свойственно русскому народу – сильный дух коллективизма. Отсюда все эти колхозы, отсюда и общины в дореволюционной России. Как правило, успешны те предприятия, руководители которых смогли этот коллективный дух направить в нужное русло. Здесь самое главное даже не тактика, что мы хотим сделать, а зерно желания, команда, которая готова что-то делать. Дальше, возможно, я сгенерирую идею, возможно, кто-то ещё, а возможно, это будет симбиоз идей. Главное, чтобы возникла мысль. Когда возникает мысль, дальше легче работать. Находятся инвестиции, какие-то сторонники и сподвижники, окружающие люди проникаются этой идеей, и начинается путь вперед. Самый трудный этап − начало. Потому что до кого-то достучаться сложно. Ты либо справа, либо слева. Либо ты идёшь с флагами и митингами, либо ты в «Единой России», и ждешь, когда же наступит тот момент, когда ты встанешь наверху пирамиды. Ни тот, ни другой подход мне не нравится. В душе я предприниматель, то есть созидатель. Я привык что-то предпринимать и наблюдать плоды этого, интересно видеть эффект в обществе от того, что ты когда-то задумал сделать.

Конечно, это долго продолжаться не может. Как говорят, у любой победы много отцов, и только поражение – сирота. У любого Наполеона есть своё Ватерлоо. Причём у каждого поражения есть своё сакральное предназначение, потому что без поражений у тебя никогда не будет победы.

− Получается ли у вас собрать то ядро команды, которое генерировало бы идеи для Орска?

− Мы сейчас находимся в таком безвременьи, и неизвестно, насколько оно ещё растянется – на два года, пять, десять лет. По всем законам после этого должен последовать либо сильнейший спад, либо бурный подъем. Либо мы перестанем существовать как страна, и период распада Советского Союза приобретет новый виток, причем со странами, которые нас окружают, либо мы найдём то, что сможем предложить нашим соседям. Конечно, это не вооруженное противостояние, а некая новая наша концепция, которая захлестнет эти страны в целом и регионы в частности.

Так и в муниципальном строительстве – есть лидер, у которого своё видение и идеи. На каком-то этапе его могут не воспринимать всерьёз, и тогда он либо уходит в небытие, либо делает следующий шаг, и появляются сторонники, команда. В итоге через 5, 10, 15 лет – здесь это уже неважно – появляется реальная власть, и тогда уже можно действовать и реализовывать свои планы. Власть – это только инструмент. В принципе, можно действовать и без власти, но это будет гораздо сложнее. Проще получить власть как инструмент, а потом уже пытаться преобразовывать родной город.

Опять же, мы понимаем, что муниципальная власть – это очень зависимая власть со своими ограничениями. Большие города и мегаполисы – это, своего рода, саморазвивающиеся организмы, где главный принцип – не мешать. И сейчас в той же Москве оппозиционеры предпочитают уходить в урбанистику. Но в небольших городах, я считаю, все же более важна стратегия. Ведь что такое город? Это не дома и не строения − это, прежде всего, жители. Когда у тебя в городе 60-70% населения − люди предпенсионного и пенсионного возраста, ясно, что будет с городом в перспективе 20-30 лет. Важно переломить эту ситуацию. Я видел, как это делали в Казани, когда там такой мощный «пылесос», как Москва, просто высасывал всю элиту в 90-е годы. Когда они поняли эту проблему, была определена программа, и в течение десяти лет поменяли ситуацию. У них были свои методы, в Орске это могут быть другие методы.


Сейчас самая распространенная позиция по отношению к городу даже у оппозиционеров, что с Орском уже ничего нельзя сделать, надо дождаться, когда все уедут, а для тех, кто останется, сделать жизнь более или менее комфортной


− Сравнивать Орск и Казань сложно не только по количеству ресурсов, но и по статусу. Там − это республиканская столица, а здесь − город практически на окраине страны, так это иногда за пределами региона воспринимается.

− Вопрос расстояний в 21 веке уже уходит на второй план. Как бы многие стратеги не называли нас логистическим тупиком, в период высоких технологий, когда прибавочная стоимость исчисляется тысячами процентов, логистика уходит на вторые роли.

− Но в Орске ещё сильна та элита, которая буквально ставила город на ноги. Хотя, наверное, многие уехали. Некоторые, правда, недалеко − в Оренбург...

− Но многие готовы вернуться. Вопрос только в том, куда возвращаться. На руины? Остаются в основном только люмпены, которым некуда ехать, да и не хотят они. Сейчас, к сожалению, город быстрыми темпами превращается в город люмпенов, которые не хотят ничего делать, но хотят получать пособия. Наверное, это результат политики нефтяной державы. Потихонечку нефть все же проникает в экономику и достигает самых нижних слоёв населения в виде материнских капиталов, каких-то субсидий на жилье. И сейчас есть целый класс людей, которые, пользуясь определённым социальным статусом, выбивают себе различные льготы, при этом не работая. И это плохо. Нет сейчас той элиты, которая создавала город. Нельзя быть элитой и получать на протяжении какого-то времени нищенское пособие. Все, кто мог − уехали, кто не смог − зарабатывают удаленно, хотя это не массово.

Ситуация будет такой, какой мы ее себе запрограммируем. Сейчас самая распространенная позиция по отношению к городу даже у оппозиционеров, что с Орском уже ничего нельзя сделать, надо дождаться, когда все уедут, а для тех, кто останется, сделать жизнь более или менее комфортной. Но если стоять на месте, ты однозначно окажешься в конце, потому что другие города не останавливаются. Везде, где я бываю, очень настойчиво борются за ресурсы.

− Какие шаги можно было бы предпринять в Орске хотя бы в трехлетней перспективе? Независимо от того, кто бы находится у власти, хотя это, безусловно, накладывает отпечаток на возможности.

− Здесь важно, чтобы собеседник был с тобой на одной волне. К примеру, озвучь я сейчас ту же теорию мандрагонских кооперативов в Орске, многие бы сказали мне, что это невозможно. Ещё какая-то часть скажет, что это сумасшедшая идея, и от этого она тем более невозможна. И только процентов пять поймут, что в этом есть какое-то зерно. Успешность этих кооперативов в том, что они в Испании прошлого века, когда страна была очень бедна, работали по принципу единой системы. Для этих кооперативов предусмотрен был свой банк, который позволяет открыть кооператив. У нас сейчас либо ты трудишься наемным рабочим, постепенно продвигаешься по карьерной лестнице и рано или поздно достигаешь вершины пирамиды, либо ты берешь кредит в банке на свой страх и риск, и открываешь своё дело. Посередине ничего нет. В Испании же, если у тебя есть идея, возможности и стремления, ты обращаешься в кооперативный банк с товарищами, создаешь кооператив. Но даже если твой кооператив прогорел, тебя никто не делает банкротом, потому что кооперативный банк − это твой партнер. Благодаря такой политике, этот кооперативный банк сумел нарастить 200 кооперативов в разных отраслях. Они работают не только в пределах Испании, это международные кооперативы.

Это я и планирую реализовать в Орске, правда, пока не решил, в каком именно виде. Здесь очень много нюансов. Проект сейчас находится в стадии проработки. Мы ещё не определились, с чего именно начнём. То ли это будет розничная торговля, то ли это действительно будет кооперативный банк на несколько других принципах, чем банковская система. Есть несколько направлений, которые мы прорабатываем. Но сейчас сильно сказывается дефицит доверия населения, который образовался после 90-х годов к институтам общества, к людям между собой, к институтам власти. Прежде всего, нужно восстановить это доверие, потому что людей слишком много обманывали. Появись сейчас какой-то мессия, обещающий светлое будущее, отношение к нему будет сразу определено. Но если какую-то программу по выходу из кризиса предложит муниципалитет, представит ещё на федеральном уровне и получит там поддержку, то отношение будет соответствующее. Поэтому я и говорю, что власть – это хороший инструмент. Кстати, пользуясь случаем, призываю федеральные органы власти поддержать начинание «Орские кооперативы», может быть, ресурсом, а может, имиджево. К примеру, Челябинская область на этом пути уже сделала первый шаг, и мы можем просто опоздать. Сейчас наступает время отложить разногласия и сосредоточиться на том, что объединяет, а не разъединяет, но, боюсь, мои призывы останутся неуслышанными или непонятыми. Буду рад, если заблуждаюсь.

Мне совершенно не нужны лавры отца-основателя. Я готов работать с кем-то в тандеме, но сомневаюсь, что такое предложение поступит, потому что не вижу тех людей у власти, с кем я был бы на одной волне. Важно в собеседнике видеть тоже творца, который за сумасшедшей идеей разглядит рациональное зерно. К сожалению, среди тех, кто сегодня находится у власти в Орске, да и в области, и стране, я единомышленников не найду, хотя я был бы рад ошибаться.


Юрий Александрович – очень сильный антикризисный консервативный менеджер. Все новации он пропускает через свой фильтр со скептической точки зрения, и может быть, это правильно, потому что, находясь на таком посту, кидать область вправо-влево было бы неверно


− С учётом этого обстоятельства и того дефицита доверия, о котором вы уже сказали, с какими идеями, лозунгами, программами планируете идти на выборы в сентябре 2015 года?

− Все мы знаем, во что превратились муниципальные выборы. Но когда я понял, что без такого инструмента, как победа на выборах главы, мою стратегию не реализовать, я принял решение готовиться к выборам, а потом уже реализовать стратегию. Следовательно, родилась и стратегия участия в выборах. Параллельно учась в школе Кудрина, где два года готовили гражданских лидеров, я искал единомышленников, активистов, общественников, которые по 10-15 лет были общественниками и уже привыкли к этой роли, но, возможно, никогда и не думали, что они станут властью. Отсюда исходило все их поведение – потроллить власть, выйти покричать «Почему низкие зарплаты?», где-то кулуарно встретиться с Бергом, порешать какие-то свои вопросы, а может, и не порешать, а просто пожать руку первому лицу области. Но какой-то конструктивной позиции, идеи, под которой можно было бы сплотиться, я не нашёл.

− Могли бы из Орска или области хотя бы несколько человек пройти эту школу, чтобы потом стать основой этой команды?

− К сожалению, мне не удалось этот проект вывести на область, потому что начался второй этап кризиса. Поэтому не получилось запустить проект как постоянно действующий. Так как с лекциями там выступают довольно «звёздные» люди, тот же Кудрин, Юргенс, Ирина Прохорова, даже Навальный приезжал, думаю, желающих попасть туда из области тоже было бы много.

− Сегодня на региональном уровне власти работает очень много орчан. Это не только губернатор, но и значительная часть его команды. И от вас, как от орчанина, интересно услышать оценку работы губернатора, правительства в целом в первый срок, и какие-то ожидания от второго срока.

− Юрий Александрович – очень сильный антикризисный консервативный менеджер. Он крепко стоит на ногах, и область не будет делать резких скачков ни вправо, ни влево. Все новации он пропускает через свой фильтр со скептической точки зрения, и может быть, это правильно, потому что, находясь на таком посту, кидать область вправо-влево было бы неверно. Соответственно работает и команда. Ведь управленцу невозможно объять все, поэтому он должен в каждую сферу пригласить эксперта. И сейчас есть ярковыраженный лидер с авторитарными чертами в харизме, и есть те люди, которые подстраиваются под него, понимают: он решил, мы исполняем, но в целом мы команда. Это определённый тип командопостроения, некоторые любят так работать, но сам я такой тип не приемлю. Если судить по кадровой работе Берга, то я понял, что он сохранит тот курс работы, который есть. Те деньги, которые можно вырвать по федеральным программам, область будет стараться забирать, причём как на официальном уровне, так и на неофициальном. Параллельно, сколько сможем, привлечем инвесторов. Какой-то глобальной стратегии я не увидел, или она есть, но моему пониманию недоступна ввиду скудности исходящей официальной информации.

− Но нужно ли это? Ведь консервативная стратегия очень полезна для региона. Она позволяет стягивать в него средства.

− Все зависит от того, кто рядом с вами. Ведь сейчас что происходит? Когда в целом страна не определилась со своим курсом и со своим положением в мире, а ресурсы каким-то образом притекают в страну, идёт конкуренция субъектов за эти ресурсы, в том числе и городов. Города конкурируют за финансы, за людские ресурсы. Так же и область. Если быть уверенным, что наши соседи такие же инертные, как мы, можно спокойно придерживаться консервативной стратегии. Это примерно то, что происходит сейчас в Орске.


Я считаю, что и региону в общем, и Орску в частности нужно высасывать ресурсы из своего окружения, в частности, из Актюбинска, Магнитогорска и даже Оренбурга. Причём, в первую очередь, человеческие ресурсы, а потом уже финансовые


− На какие моменты, по-вашему, стоит сегодня обратить внимание команде губернатора? Может быть, есть что-то достойное развития, но до сих пор незамеченное?

− Единой палочки-выручалочки, наверно, не существует. И нельзя кидать область только на одно направление. Это как раз понимает Юрий Александрович. Сегодня в России вообще без одобрения федерального центра нельзя сделать ничего глобального. Я считаю, что и региону в общем, и Орску в частности нужно высасывать ресурсы из своего окружения, в частности, из Актюбинска, Магнитогорска и даже Оренбурга. Причём, в первую очередь, человеческие ресурсы, а потом уже финансовые. То же самое нужно делать области. Самый яркий пример – это сеть магазинов «Магнит», которая аккумулирует огромное количество ресурсов. И это необязательно должна быть розничная торговля. У нас вечные проблемы с дорогами. К примеру, в Казахстане дороги строят китайцы. Причём без применения каких-то высоких технологий и в том же климате, что и у нас. При этом, в регионе довольно много дорожников и безработных. Можно сначала отработать систему у себя, а потом участвовать в тендере в других регионах. Нам нужно посмотреть, что мы уже сегодня делаем лучше других, и чему мы можем научиться. Важно быть не первым, а лучшим.

− Ваши прогнозы на 2015 год для Орска и региона?

− Я бы очень хотел ошибаться со своим прогнозом, но ведущие экономисты говорят, что 2015 год будет очень тяжелым вне зависимости от того, какие политические решения сейчас примут, потому что экономика − такая вещь, ее нельзя одномоментно развернуть. Даже если будет принято политическое решение о развороте экономики, все это будет поворачиваться довольно долго. Если вдруг примут решение приостановить ту политику, которую мы сейчас ведем, то в плане ощущений 2015 год будет радостный, лично для меня вернётся ощущение надежды и какой-то перспективы. Если же мы продолжим то, чем занимаемся сейчас, то тяжело придётся в первую очередь незащищённым слоям населения. Мы вспомним, что такое 90-е годы, мы вспомним неплатежи, мы вспомним слово «бартер». Первой рухнет банковская система. Следом посыпется много видных секторов экономики, которые спровоцируют полномасштабный кризис.

Я надеюсь, что у региональной и федеральной политической элиты хватит ума и мудрости, чтобы не допустить этого. Потому что даже сейчас, общаясь с ярыми сторонниками нашего президента, я вижу, что их патриотизм угасает обратно пропорционально курсу доллара. И, казалось бы, чего бы человеку волноваться, если зарплата у него в рублях? Но он понимает, что это показатель того, что какие-то его планы не сбудутся – машину какую-то не купит, бизнес не откроет... И если раньше до него это не доходило, то через экономику стало понятно. Экономика первична, и как бы нам не говорили через федеральные каналы, что все хорошо, когда тебе приходит платежа, где ОДН идёт плюсом в 300 рублей, людей не обманешь.

Я боюсь, что будет какая-то волна национализма, шовинизма. Но я оптимист по натуре, поэтому думаю, что хватит мудрости команде, которая объяснит мудрому президенту все это, и он все же развернет нас в нужную сторону.

Алексей КОЗЛОВ

Фото: Никита Герцев